Эдвард Бёрн-Джонс

Эдвард Бёрн-Джонс населил викторианскую Англию миром, которого никогда не было: бледные рыцари, спящие принцессы и лестницы, ведущие в никуда. К искусству он пришёл поздно и по большей части самоучкой, познакомился в Оксфорде со старшим художником Данте Габриэлем Россетти и подпал под чары прерафаэлитов, которые хотели вернуть ясность и чувство искусства, каким оно было до Рафаэля.

Его зрелые картины словно выпадают из обычного времени. В «Золотой лестнице» вереница серьёзных девушек в сером сходит по необъяснимой лестнице с инструментами в руках, никуда в особенности не направляясь. В «Короле Кофетуа» король слагает корону к ногам нищенки. По сути ничего не происходит, и в этой сонной подвешенности весь смысл.

Его другом на всю жизнь был художник-декоратор Уильям Моррис, и вместе они заново создали декоративное искусство. Бёрн-Джонс поставлял фигуры для фирмы Морриса, рисуя витражи для церквей и картоны для шпалер и книг, так что его высокие, задумчивые фигуры оказались в окнах по всей Британии. Он получил титул баронета и умер в Лондоне в 1898 году, а его витражи доныне освещают приходские церкви, в которых он ни разу не бывал.