Леон Огюстен Лермитт

В день открытия парижского Салона 1882 года французское государство купило широкий холст, на котором батраки получают дневную плату за кухонным столом. После этой покупки Леон Огюстен Лермитт, которому было 37 лет, стал для Третьей республики художником крестьянского труда. Сцена пришла из Мон-Сен-Пера, деревни на Марне, где он родился в семье школьного учителя, и люди на картине были его соседями. Батрака по имени Казимир Деан узнают на трёх картинах, написанных там в те годы.

В Париж он приехал в 1863 году, в бесплатную государственную рисовальную школу, которую называли Малой школой. Орас Лекок де Буабодран учил там своих учеников, среди них Родена и живописца Фантен-Латура, запоминать сцену и рисовать её потом, без натуры перед глазами. Уголь и пастель остались для Лермитта такими же привычными, как масло.

Ван Гог знал многое из этих работ по иллюстрированной прессе. В Нюэнене в 1885 году он вырезал композиции Лермитта из парижского еженедельника Le Monde illustré и писал своему приятелю, нидерландскому художнику Антону ван Раппарду, что это второй Милле, в полном смысле слова. Жан-Франсуа Милле, великий живописец французских крестьян, умер за десять лет до того, и выше этого имени для Ван Гога ничего не было. Тео он объяснил, чем восхищается: Лермитт строит фигуру прежде всего из света, как это делал Рембрандт.

Крестьянских сюжетов он держался до конца века. Многолюдное утро на парижском продовольственном рынке Ле-Аль попало в Салон 1895 года, сначала висело в парижской ратуше, а в 1904 году перешло в Малый дворец. В 1905 году он занял в Академии изящных искусств место, освободившееся после живописца Жан-Жака Эннера.