Все святые I

Над всеми остальными на этой картине на стекле огромный ангел трубит в жёлтую трубу. В Ленбаххаусе его возводят к иллюстрациям старых немецких книг, и Кандинский соединил этот источник с баварской вотивной живописью и воспоминаниями о русском народном искусстве. Под ангелом теснятся святые, без оглядки на пропорции и логику пространства. Одна из святых держит горящую свечу. Большая обнявшаяся пара, возможно, Борис и Глеб, князья-мученики русской церкви, а может быть, почитаемые в Баварии святые врачи Косма и Дамиан. Музей оставляет открытыми оба прочтения. Картина разделена на свет и тьму. Слева на холме под раскалённым красным солнцем сияет город, похожий на Кремль, справа царят ночь, тёмная луна и Распятие. Среди всего этого Кандинский поместил маленькие знаки спасения, голубя над Ноевым ковчегом, бабочку и феникса.