Игроки в карты

В 1777 году Гойе был тридцать один год, и мрачным мастером, каким его помнят, он ещё не стал. Он зарабатывал на жизнь как автор картонов для Королевской шпалерной мануфактуры Санта-Барбара в Мадриде, под началом придворного живописца Менгса. Это полотно и есть картон — образец в натуральную величину, по которому ткачихи нить за нитью повторяли рисунок будущего ковра. Предназначался он для столовой принца Астурийского, будущего Карла IV, во дворце Эль-Пардо. На нём простой мадридский люд играет в карты прямо под открытым небом, посреди поля. Один шулерит, а его сообщник заглядывает в карты партнёру напротив. Сцену с шулером знала ещё барочная живопись, но вынести её на вольный воздух, под ясный свет, до Гойи не решался никто.