Распятие

Когда её писали, в годы около 1517-го, в Венеции ходило множество гравюр, спускавшихся с Севера, а Альбрехт Дюрер побывал в городе всего десятилетием раньше. Этот северный взгляд здесь чувствуется. Христос висит один в центре, без двух разбойников, которые обычно стоят по сторонам, а Богоматерь, Иоанн и Мария Магдалина оплакивают его у креста в сдержанных, спокойных позах. Однако взгляд удерживает то, что позади них. Холм Голгофы открывается в широкий пейзаж террафермы: обнесённый стенами город с тяжёлым замковым донжоном, всадники на нарядных конях, маленькие фигуры, собравшиеся у лестницы, знамёна, рассыпанные вдали, и грозовые тучи, что сгущаются над всей сценой. Развеваемая ветром набедренная повязка Христа и это беспокойное небо многим обязаны немецким гравюрам, смягчённым в более тихом, пастушеском мире Превитали. Долгое время картину считали работой Лоренцо Лотто. Именно знаток Джованни Морелли в 1886 году вернул её Превитали.