Автопортрет

Когда Карло Маратта написал себя около 1682 года, Рим только что потерял человека, полвека определявшего его облик. Джан Лоренцо Бернини, скульптор и архитектор великой колоннады на площади Святого Петра, умер в 1680 году, и соперника такого масштаба не осталось. Маратта, по общему признанию, стал первым живописцем города, к которому обращались папы и приезжие князья. Он подаёт себя сдержанно, серьёзным мастером, а не царедворцем, и выдерживает взгляд зрителя. Его спокойная, тяготеющая к классике манера, более холодная и упорядоченная, чем пышный барочный театр вокруг, стала образцом, на котором римские живописцы учились ещё долго в следующем столетии.