Юный нищий

Севилья только что пережила страшную чуму 1649 года, выкосившую едва ли не половину города, и улицы полнились нищими сиротами. Мурильо, сам ещё молодой, писал таких детей без прикрас. Оборванный мальчик сидит один в пустой комнате, в тёплом луче из окна, и разглядывает свою рубаху, выискивая блох. Рядом на полу корзинка, несколько креветок и яблок, глиняный кувшин. Свет падает резко, лепит грязные ступни и лохмотья, и это ближе к Караваджо, чем к нежным мадоннам, которыми Мурильо прославится позже.