Кувшинки

К 1917 году Клоду Моне было под восемьдесят, а фронт Первой мировой подошёл так близко, что в тихие дни в его саду в Живерни бывало слышно артиллерию. Ничего этого он не писал. Все эти годы он проводил склонившись над прудом, который сам же и выкопал, и переносил на холст только поверхность воды. Здесь нет горизонта, нет берега, а небо появляется лишь как отражение. Кувшинки лежат на зелёной глубине, о которой не скажешь, сантиметры это или несколько метров. Зрение Моне уже застила катаракта, и мазок стал широким и мягким. Холст оставался в семье до 1966 года, пока его сын Мишель не завещал его вместе с крупнейшим в мире собранием работ отца парижскому музею Мармоттан.