Жорж де Латур

Почти 250 лет имя Жоржа де Латура не было известно почти никому. В начале 1600-х годов он был преуспевающим живописцем в герцогстве Лотарингия, на территории нынешней восточной Франции, и достаточно зажиточным, чтобы соседи ему за это завидовали. Потом, в 1652 году, он умер, слава его угасла, а картины разошлись под чужими именами, их принимали за испанскую или голландскую работу.

Из забвения его вытащили в 1915 году, когда немецкий историк искусства Херман Фосс распознал, что несколько загадочных картин при свете свечи во французских музеях писаны одной забытой рукой, и вернул на них имя Латура. Сегодня его ценят прежде всего за ночные сцены, освещённые единственной свечой, чьё пламя часто скрыто за ладонью или фигурой, так что всё изображение светится от источника, которого толком не видно.

Эти тихие религиозные картины — новорождённый, поднесённый к свету, кающаяся Магдалина, глядящая на череп и огонёк, — кажутся почти современными в своей неподвижности. Дневные его работы жёстче, полны шулеров, нищих и шарманщиков, написанных без прикрас. Около 40 картин теперь признают за ним, и учёные до сих пор спорят, какие из них действительно вышли из-под его руки.