Питер Ластман

Около полугода в 1624 году подросток из Лейдена делил оживлённую амстердамскую мастерскую, учась строить картину у художника вдвое старше себя. Подростком был Рембрандт. Учителем — Питер Ластман, и многое из того, что Рембрандт сделал потом, началось именно здесь.

Ластман сделал то единственное, чего его знаменитый ученик так и не сделает: он побывал в Италии. В Риме около 1605 года он сошёлся с немецким живописцем Адамом Эльсхаймером, мастером маленьких светящихся ночных сцен, и впитал резкую, контрастную драму Караваджо, о котором тогда говорил весь город. Вернувшись в Амстердам, он стал ведущим мастером исторических картин, многолюдных библейских и античных сцен, полных жестов, богатых одежд и указующих рук, поставленных словно эпизоды спектакля.

Именно этот вкус к заряженному драматическому мгновению и перенял молодой Рембрандт, а вместе с ним и манеру бросать резкий свет на лицо. Поскольку сам Рембрандт так и не перешёл через Альпы, итальянское тепло его ранних работ пришло к нему из вторых рук, через глаз старшего мастера. Ластман работал в Амстердаме до самой смерти в 1633 году, и та деловитая, жестикулирующая библейская толпа, на которой он специализировался, вновь возникает, преображённая, в самых ранних исторических картинах Рембрандта.