Амур и Психея

Летом 1789 года у Джошуа Рейнольдса стало сдавать зрение. Он двадцать лет возглавлял лондонскую Королевскую академию и считался первым портретистом георгианской Англии, но в тот год почти ослеп и оставил кисть. Написана эта вещь в самом конце его пути, и вместо привычного портрета здесь мифологическая сцена из Апулея. Психея подносит светильник к спящему возлюбленному, чтобы наконец разглядеть его лицо, и узнаёт Купидона. Рейнольдс строит всё на огоньке лампы и обступившей темноте. Необычно и то, что ярче всего освещён сам мальчик, худой и нескладный Купидон, тогда как красота героини оставлена в полутени. Недавняя расчистка сняла слои потемневшего лака, и спор пламени и тьмы виден теперь куда резче, чем несколько десятилетий назад.