Персей и Андромеда

Иоахим Эйтевал подписал картину по-латыни прямо на скале, возле цепи Андромеды, и поставил год, 1611-й. В один холст он уложил сразу три картины. Обнажённая в духе Хендрика Гольциуса, харлемского живописца и гравёра. За ней гавань и широкое море в брейгелевской традиции. А у её ног натюрморт из раковин, костей и черепа. В Лувре раковины читают как знак возрождения, а кости как напоминание о смерти и о судьбе, что ждёт девушку. Персей слетает к ней на крылатом коне Пегасе, хотя у Овидия он летит на крылатых сандалиях. Путаница эта очень давняя, она встречается уже у Боккаччо в XIV веке. По всей видимости, картина осталась в семье художника в Утрехте: в 1669 году «Андромеда» работы Иоахима значится в описи дома его внучки.