Натюрморт-ванитас

Присмотритесь к стеклянной бутыли на столе. В её выпуклом боку отражается мастерская, а в мастерской сама художница за работой. Мария ван Остервейк подписала холст по краю стола и поставила дату, 1668, а больше нигде себя не показала, только в этом крошечном отражении, которое легко пропустить. Всё остальное здесь о смерти. Череп, песочные часы, глобус и книга с надписью «Reeckeningh», по-голландски «счёт», тот самый итог, который подводят жизни. Внутри написано: мы живём, чтобы умереть, и умираем, чтобы жить. В 1730 году картина уже значилась в габсбургской галерее. Потом её отправили в собрание замка Амбрас в Тироле, а в Вену она вернулась после 1806 года, когда Тироль отошёл к Баварии и амбрасские коллекции перевезли в столицу.