Государственное рисовальное училище открылось в Софии 14 октября 1896 года. До него болгарские художники учились за границей, в Москве и Петербурге, в Вене, Мюнхене и Флоренции. Законопроект об училище готовили министр народного просвещения Константин Величков, литературовед Иван Шишманов и два художника, чех Иван Мрквичка и болгарин Антон Митов, а первым директором стал Мрквичка. Собственного государства у Болгарии не было до 1878 года, так что школу живописи страна открыла меньше чем через двадцать лет после освобождения.
Мы выбрали пятнадцать работ, по которым можно пройти путь болгарской живописи от иконы до собственной школы. Прокладывали его церковь, самоковская семья иконописцев, князь, министр, учителя, приглашённые из Чехии, и, наконец, первые художники, выученные дома.
Почти все эти работы относятся к постоянной экспозиции «Квадрат 500». Здание построили в 1880-х годах для Государственной типографии, позже в нём размещалось техническое училище, а в 2015 году его открыли как главную площадку галереи. Начнём мы с двух икон из крипты собора Святого Александра Невского, где с 1965 года работает филиал галереи, Музей христианского искусства, а закончим акварелью Ивана Милева 1926 года.
1. Святой Георгий / Святые Геронтий и Полихрония, двусторонняя икона
Эту икону расписали с обеих сторон, потому что её выносили из храма и несли в крестном ходе, и смотреть на неё должны были с двух сторон. На одной стороне изображён святой Георгий, на другой его родители, Геронтий и Полихрония. Родителей Георгия в иконописи изображали редко. По житию, Геронтий был военным из Каппадокии и язычником, а Полихрония, христианка из Лидды, воспитала сына в своей вере.
Написали икону в конце XIII века в Несебре, византийском порту на Чёрном море, который в те годы не раз переходил от Византии к Болгарии и обратно. Имён мастеров не сохранилось. По манере их связывают с Константинополем, а в одном исследовании находят и связи с Фессалоникой. Писали темперой по холсту, наклеенному на деревянную доску.
Две стороны дошли до нас в разном состоянии. Сторону с Георгием в XVI–XVII веках переписали, и святой на ней в основном принадлежит этой поздней записи поверх живописи XIII века. Георгий написан по пояс на золотом фоне, в красном плаще поверх синего доспеха, с копьём в правой руке и мечом в левой, за плечом у него щит. На стороне с родителями поздней записи не отмечено, и это лучше сохранившаяся живопись конца XIII века. Исследователи выделяют в ней лица, прежде всего лицо Геронтия, вылепленное тонкими переходами от света к тени.
Скорее всего, это храмовая икона одной из двух несебрских церквей Святого Георгия. В подписи галереи названа церковь Святого Георгия Старого, которую называли ещё Большим, а в тексте московской выставки 2008 года церковь Святого Георгия Малого. Обе церкви снесены. Старую, перестроенную, судя по надписи, в 1704 году на прежнем фундаменте, разобрали в социалистические годы, когда Несебр застраивали по новому плану, и обмерить её до сноса успел искусствовед Асен Васильев.
2. Погановская икона
Внизу лицевой стороны, между двумя фигурами, красными греческими буквами написано, что икону принесла в дар «верная во Христе Боге василисса», то есть царица. Титул сохранился, а имя утрачено, и его восстанавливают как Елена. Подходящих Елен две, и историки до сих пор спорят, какая из них заказала икону.
Андрей Грабар, а позже Биссера Пенчева читали надпись как имя Елены Драгаш, византийской императрицы. Её отец Константин Драгаш, владетель этих мест, погиб в 1395 году в битве при Ровине, и по этой версии икону написали около 1395 года в память о нём. Сербский историк искусства Гойко Суботич и его последователи называют другую Елену, из рода Мрнявчевичей, вдову деспота Углеши, убитого в 1371 году в битве на Марице, которая позже приняла постриг под именем Евфимии. По этой версии икону написали после 1371 года, вероятнее всего в Фессалонике.
На лицевой стороне Богородица и Иоанн Богослов стоят в рост друг против друга на золотом фоне. Богородица, которую здесь называют Катафиги, то есть Прибежище, стоит в той позе, в какой её пишут у креста в сценах Распятия, только креста на иконе нет, и голову она скорбно склонила. Иоанн написан стариком, автором Апокалипсиса, хотя у креста его принято изображать юношей.
На обороте надписано «Чудо в Латоме». Юный Христос Эммануил в золотом хитоне сидит на радуге внутри мандорлы из семи синих колец, и на руках и ногах у него видны раны. Под ним из холма вытекают четыре райские реки, в воде плавают семь рыб, пророк Иезекииль стоит, подняв обе руки, а пророк Аввакум сидит на камнях, подперев подбородок. В византийском искусстве эта композиция известна трижды: на мозаике V–VI века в церкви Осиос Давид в Фессалонике, в росписи XII века в костнице Бачковского монастыря и на этой иконе.
Икона хранилась в церкви Погановского монастыря Святого Иоанна Богослова, в ущелье реки Ерма, на земле нынешней Сербии. Во время Первой мировой войны или вскоре после неё её увезли в Народный музей в Софии, по официальной версии на реставрацию, и в монастырь она больше не вернулась. Принадлежит икона Национальному археологическому институту с музеем Болгарской академии наук, преемнику того Народного музея, а галерея много лет показывала её в своём музее в крипте, получив от института на хранение.
3. Автопортрет — Захарий Зограф
Самоковский иконописец Захарий Зограф в 1838 году написал своему наставнику Неофиту Рильскому, монаху и учителю, у которого занимался с 1827 года, что хочет учиться в Академии художеств в Петербурге. Вместо Петербурга в 1841 году он брал уроки живописи в Пловдиве у двух французских мастеров и сообщал об этом тому же Неофиту. Выучили его писать иконы темперой на досках и фрески на стенах, и масляную живопись на холсте он осваивал как раз в эти годы.
В 1838 году он написал маслом портрет самого Неофита Рильского, свой первый портрет маслом, а около 1840 года автопортрет. Автопортрет не датирован, и год ставят приблизительно. В 1840 году Захарий расписывал церковь Святого Николая в Бачковском монастыре и изобразил там себя рядом с игуменами, позже писал себя на стенах Троянского и Преображенского монастырей, и станковый автопортрет среди этих изображений единственный. На нём Захарий написан по пояс, в высокой чёрной шапке и чёрной одежде с поднятым воротником, с кистью в правой руке. Левую руку он положил на край стола, фон оставил ровным и коричневым, и о его ремесле говорит только кисть. Болгарские историки искусства видят в том, что иконописец пишет и подписывает собственное лицо, разрыв со средневековой безымянностью его ремесла.
Холст оставался у наследников художника до 1939 года, когда галерея купила его вместе с графическим архивом Захария и, как писала болгарская пресса, заплатила за него больше, чем за любую другую картину своего собрания. В архиве около четырёхсот рисунков. Когда в 2010 году, к двухсотлетию художника, их разобрали, надёжно за Захарием оставили около двухсот, а другие две сотни отнесли к его отцу Христо Димитрову.
4. Портрет Христиании Зографской — Захарий Зограф
История любви, которую рассказывают об этом портрете, пришла из литературы, и ни одного документа в её подтверждение никто так и не привёл. Главный её источник, книга Павла Спасова «Греховная любовь зографа Захария», вышла в 1969 году, и по этому сюжету потом ставили моноспектакль, пьесу и оперу.
По легенде, Захарий любил Христианию, жену своего старшего брата Димитра. Весной 1853 года в Самоков пришёл тиф. Христиания заболела, её заперли дома, а Захарий пришёл к ней, несмотря на опасность, и в одной из версий поцеловал её на прощание. Христиания умерла 7 мая, Захарий заразился и умер 14 июня того же года.
Портрет Захарий написал, по нынешней датировке галереи, около 1844 года (в старой литературе стоит 1840-й), и его называют первым самостоятельным женским образом в новом болгарском искусстве. Христиания изображена по пояс, одна, со спокойным лицом. На ней розовато-красное платье и зелёная куртка с длинными рукавами, подбитая мехом и обшитая полосой цветочной вышивки, на голове высокий убор с вышитыми цветами и брошью. На шее несколько рядов золотых монет с крупной медалью посередине, нитки жемчуга и маленький крест, в ушах серьги с зелёными камнями, на пальце кольцо.
Христиания была дочерью Косто, богатого самоковского торговца скотом и чорбаджии, как называли зажиточных общинных старшин. За Димитра она вышла в 1822 году, а в декабре 1823-го у них родился сын Зафир, и отец записал его рождение в свою ерминию, рукописное руководство иконописца, по которому работала мастерская. Зафир выучился в России и стал Станиславом Доспевским.
5. Портрет Мариолы Доспевской — Станислав Доспевский
Отец Мариолы, Божко, был золотых дел мастером и видным человеком в Татар-Пазарджике, нынешнем Пазарджике, где она родилась в 1837 году. В конце 1850-х годов, по одним данным в 1857-м, по другим в 1858-м, она вышла замуж за художника Станислава Доспевского, и он поселился в её городе. В 1869 году он написал её портрет.
Доспевский был старшим сыном Христиании Зографской и племянником Захария Зографа. При крещении его назвали Зафиром, а фамилию он взял по селу Доспей под Самоковом, откуда происходил его дед. С 1851 по 1853 год он учился в московском Училище живописи и ваяния, потом до 1856 года в петербургской Академии художеств, и его обычно называют первым болгарским художником с академическим образованием.
Портрет жены написан маслом на холсте через одиннадцать или двенадцать лет после свадьбы. Мариола сидит на ровном сером фоне в коричневом платье с белым кружевным воротником и белыми пуговицами, в ухе у неё золотая серьга, а рукой она держит длинную золотую цепочку, на конце которой у пояса висят часы. В правом нижнем углу Доспевский поставил подпись и год. Галерея относит его к лучшим работам тех художников Болгарского возрождения, как в Болгарии называют эпоху национального подъёма перед освобождением, которые получили академическое образование в России, Италии и Германии. Через несколько месяцев после портрета, 2 февраля 1870 года, Мариола основала первое в Пазарджике женское общество «Просвета» и стала его первой председательницей.
В августе 1877 года, во время Русско-турецкой войны, османские власти арестовали Доспевского в Пазарджике по подозрению в шпионаже в пользу русских. Его держали в Пловдиве, потом отправили в Константинополь, в тюрьму Мехтерхане, и там 6 января 1878 года он умер, за два месяца до Сан-Стефанского договора 3 марта, по которому возникло болгарское государство, за которое он боролся. Похоронили его во дворе болгарской церкви Святого Стефана в Константинополе.
6. Хан Аспарух и его свита идут к Дунаю — Николай Павлович
Николай Павлович, уроженец дунайского Свиштова, провёл зиму 1860–1861 годов в Одессе и продавал там болгарам литографии на сюжеты из болгарской истории, первые литографии на такие темы, сделанные им в 1860 году в Белграде. Историческую живопись он изучал в Мюнхенской академии у Вильгельма фон Каульбаха и Карла Пилоти. Однако под османской властью заказывать болгарскую историю маслом было некому, и она расходилась оттисками, которые Павлович сам продавал болгарам в Одессе, Бухаресте, Белграде и Константинополе.
«Хана Аспаруха» он написал маслом в конце 1860-х годов, примерно за десять лет до освобождения. В 681 году Аспарух привёл болгар за Дунай и основал там государство, с которого болгары ведут свою историю, и Павлович писал начало этой истории для страны, у которой государства ещё не было.
Аспарух едет на вороном коне посреди процессии. Рядом с ним пешком идут седобородые старейшины с посохами, воины в шлемах, женщина с детьми, позади тянутся крытые повозки, а за ними открывается широкая долина. Над войском в облаках летят ангелы, некоторые со щитами и мечами, хотя болгары Аспаруха были язычниками и крестились только в 864 году, при князе Борисе.
Картину относят к первым болгарским историческим картинам маслом, хотя исторические литографии Павлович выпускал с 1860 года, а первую историческую композицию, «Встречу Райны с братьями в Преславе», сделал в 1865–1866 годах.
В 1911 году, через семнадцать лет после смерти художника, Министерство народного просвещения купило у его семьи для Народного музея 23 работы, исторические картины и большую часть рисунков к ним, и «Аспарух», по всей вероятности, попал в собрание тогда. Сам сюжет Павлович в 1870 году выпустил отдельно, большой литографией под названием «Аспарух».
7. Люцифер — Франц фон Штук
Князю Фердинанду было тридцать, и великие державы ещё не признали его правителем Болгарии, когда в 1891 году он приехал в Мюнхен на встречи с политиками и банкирами. По словам галереи, в ту поездку он купил в мастерской мюнхенского живописца Франца фон Штука «Люцифера» для дворцового собрания в Софии. В 1889 году «Страж рая» Штука, сияющий ангел у ворот рая, получил золотую медаль на выставке в мюнхенском Стеклянном дворце, и «Люцифера», написанного в 1890 году, принято считать тёмной парой к этому ангелу.
Люцифер сидит один на почти квадратном холсте, пригнувшись, и занимает его почти целиком. Тело у него мускулистое, обнажённое, подбородок он подпирает рукой, а сбоку свисает светлое крыло в синих отсветах. Холст почти чёрный, и светлее всего на нём глаза, белые и светящиеся, которые смотрят прямо на зрителя. Слева в темноте горит маленький голубой огонь.
Следующая история известна только со слов самого Штука, который любил её рассказывать. Фердинанд будто бы жаловался ему, что министры, впервые увидев картину, крестились. В болгарских пересказах крестятся священники, проходя мимо холста, а дамы падают в обморок.
В дворцовом собрании «Люцифер» оставался до 25 декабря 1930 года, когда сын Фердинанда, царь Борис III, передал его Народному музею. В 1948 году картина перешла в фонд Национальной художественной галереи, в 1985-м в Национальную галерею иностранного искусства, а в 2015 году в «Квадрат 500».
8. Флорентинец — Константин Величков
В августе 1886 года пророссийские офицеры свергли болгарского князя Александра Баттенберга, и организаторы переворота назначили министром просвещения писателя Константина Величкова. Он от поста отказался. Когда правительство возглавил Стефан Стамболов, противник русской партии, Величков, известный русофил, уехал из страны и в конце 1880-х годов жил изгнанником во Флоренции.
Десятью годами раньше, в 1876 году, он участвовал в Апрельском восстании в Пазарджике, был приговорён к смерти и вышел на свободу по настоянию европейской комиссии, расследовавшей подавление восстания. Во Флоренции Величков, которому было уже за тридцать, впервые стал всерьёз учиться живописи, у Джузеппе Чаранфи, исторического и жанрового живописца, преподававшего в местной Академии изящных искусств, и в 1888 году написал «Флорентинца», учебную работу маслом на холсте. Пожилой флорентиец в круглых очках и чёрной шапочке, с белым шейным платком и в красном жилете, смеётся и играет на гитаре на фоне зелёных обоев с цветочным узором. Модель увлечена гитарой и о художнике как будто забыла.
В 1894 году, после отставки Стамболова, Величков вернулся и стал министром народного просвещения в кабинете Константина Стоилова. Законопроект о рисовальном училище в Народное собрание вносил он сам. Из министерства он ушёл в 1897 году, а умер в 1907 году в Гренобле.
9. Рученица — Иван Мрквичка
На аукционе «Аполлон и Меркурий» в софийском Гранд-отеле в конце 2000-х годов «Рученицу» Ивана Мрквички продали за 75 100 евро, и тогда её называли самой дорогой картиной из проданных с торгов в Болгарии. С молотка ушёл второй, почти такой же вариант, написанный в 1906 году. Первый, 1894 года, хранится в Национальной галерее, и галерея называет его самой популярной болгарской картиной.
Чеха Мрквичку в 1881 году пригласило правительство Восточной Румелии, автономной области на юге нынешней Болгарии, преподавать рисование в Пловдиве, и двадцатипятилетний художник прожил в стране сорок лет. С 1889 года он жил в Софии, там и написал «Рученицу», за два года до того, как стал первым директором Рисовального училища.
Рученицу, быстрый болгарский танец, двое мужчин в крестьянской одежде пляшут посреди людной сельской корчмы под Софией, под низким потолком на тёмных балках. Один, высокий, в белой рубахе и белых штанах с красным поясом, пляшет стоя. Другой присел перед ним спиной к нам и поднял над головой белый платок. Вокруг на лавках и за столами сидят и смотрят зрители.
Версия, которая разошлась в болгарской прессе в 2010-х годах и держится только на сходстве с портретами, называет танцора в белом Джеймсом Баучером, уроженцем Ирландии и балканским корреспондентом лондонской «Таймс». Галерея эту версию повторяет. Баучер приезжал в Софию с 1888 года, в 1892-м поселился там, дружил с Мрквичкой и ходил по городу в крестьянской одежде.
10. Возвращение с базара — Ярослав Вешин
Ярослав Вешин приехал в Софию осенью 1897 года по приглашению министра народного просвещения Константина Величкова, чтобы преподавать в только что открытом Рисовальном училище. Он учился в Пражской академии и в Мюнхене, с 1884 года много лет писал словацкую деревню, свадьбы и охоты, и эти картины печатал пражский журнал «Злата Прага», так что в Болгарию он приехал известным живописцем крестьянской жизни.
«Возвращение с базара» он написал в 1898 году, через год после приезда. На холсте зима. Крестьянин в овчинном тулупе и меховой шапке, с палкой на плечах, едет верхом по снежному полю и гонит с собой четырёх лошадей, на последней пустое вьючное седло, а за полем стоят заснеженные горы. В левом нижнем углу чех Вешин подписался кириллицей. Это одна из его рыночных картин 1898–1899 годов, среди которых есть и большая «Конская ярмарка в Софии», и «Перед базаром». Болгарские биографы пишут, что на базары его тянули живописные типы и сцены.
В училище Вешин преподавал до 1904 года, и среди его учеников был Никола Петров, чья «Церковь Святой Софии» тоже есть в этом списке. После 1904 года он стал художником при Военном министерстве, должность для него создали по предложению князя Фердинанда, и писал официальные портреты и манёвры. В Балканскую войну 1912–1913 годов он в чине полковника был единственным, кто числился в Главной квартире «военным художником».
11. Виноградный рынок в Евксинограде — Антон Митов
Летний дворец князя под Варной назывался Сандрово, в честь первого болгарского князя Александра Баттенберга, которого близкие звали Сандро. В 1893 году Фердинанд переименовал его в Евксиноград, по Понту Эвксинскому, как древние греки называли Чёрное море. При дворце были большие государственные виноградники, а с 1891 года и винный погреб для княжеского двора. Через год после переименования Антон Митов написал «Виноградный рынок в Евксинограде близ Варны».
Рынок у него раскинулся на открытом поле под холмами. На телегах стоят большие бочки, рядом корзины с гроздьями, на переднем плане лежат на земле два чёрных буйвола, у лужи бродят гуси, а между телегами толпятся люди в фесках и в народной одежде.
Митов с 1890 года преподавал рисование в варненской мужской гимназии, и варненский сбор винограда появляется в его картинах 1893–1894 годов не раз. Живописи он учился в Италии. Биографы пересказывают историю его поездки, которую проверить нечем: деньги на дорогу он заработал телеграфистом, а во Флоренции его арестовали, потому что в лучшей своей одежде, пастушеском плаще-ямурлуке и обмотках, он походил на местного разбойника. Учился он во флорентийской Академии изящных искусств у Джузеппе Чаранфи, того самого, у которого позже занимался Величков, и окончил её в 1885 году.
В 1893 году Митов был среди основателей Общества поддержки искусства в Болгарии, первого объединения болгарских художников, а с 1895 по 1899 год вместе с Мрквичкой издавал «Изкуство», первый болгарский журнал об искусстве. В Рисовальном училище он первым стал преподавать историю искусства, а в 1912–1918 и 1924–1927 годах возглавлял училище.
12. Жатва в Чепинско — Иван Ангелов
Рисование углём в Рисовальное училище ввёл Иван Ангелов, который преподавал там с 1900 года, и на нём потом учились несколько поколений болгарских художников. Сам Ангелов учился в Мюнхене, сначала в Школе прикладного искусства, потом в Академии у Карла фон Пилоти, которую окончил в 1886 году, и следующие четырнадцать лет преподавал рисование в гимназиях.
Жатву он писал с самого начала, и его «Жатва» и «Жница» понравились публике на Пловдивской выставке 1892 года. «Жатву в Чепинско» он написал в 1905 году. Чепинская котловина лежит в западных Родопах, у нынешнего Велинграда. На картине три жницы в поле спелых хлебов. Одна, в красном, согнулась и срезает колосья, вторая, справа, почти скрылась в хлебах, а третья выпрямилась и пьёт из тёмного кувшина. У ног лежит связанный сноп, среди колосьев видны маки. Холст вытянут в ширину, и галерея описывает его как пейзажную панораму, сведённую к единому тону, с точной, классически выстроенной композицией.
В октябре 2016 года галерея выбрала эту картину в число четырёх работ для незрячих и слабовидящих посетителей: к ней сделали рельефную схему и аудиоописание на болгарском и английском.
13. Церковь Святой Софии — Никола Петров
Базилику Святой Софии построили в VI веке, при Юстиниане, и по ней потом назвали город. В XVI веке турки превратили её в мечеть, землетрясения 1818 и 1858 годов её повредили, а в 1858 году рухнул минарет и убил нескольких человек, после чего здание бросили. В конце XIX века в нём держали склад и устроили наблюдательный пост городской пожарной команды. Заброшенную базилику и написал в 1909 году Никола Петров. Она стоит у него на голом жёлтом пустыре на краю города, за ней тянутся красные крыши и зелень садов, а над всем висит тяжёлое тёмное небо. Люди у её стен совсем маленькие.
Петров родился в Видине в 1881 году, в сентябре 1898 года поступил в Рисовальное училище и учился у Вешина, но из-за болезни получил диплом только в 1913 году. Он писал Софию, Львиный мост, Национальный театр, Банскую площадь, и его называют основателем болгарского городского пейзажа. О его софийских видах галерея пишет, что выразительными мазками он приближался в них к живописной мозаике. Владимир Димитров-Майстора, которого в Болгарии почитают как главного национального живописца, называл Петрова самым одарённым и единственным болгарином, рождённым быть художником.
В 1911 году государство купило эту картину, и она стала первой его работой в государственном собрании. Умер Петров в бедности, от туберкулёза, 10 декабря 1916 года, в тридцать пять лет. Базилику в том же 1911 году изучал археолог Богдан Филов, который добивался её восстановления, а с 1926 года полного восстановления здания требовало церковное настоятельство, и реставрацию вёл архитектор Рашенов.
14. Декоративный пейзаж — Николай Райнов
Общество «Родно изкуство», «Родное искусство», основали в Софии в 1919 году и записали в его программу задачу придать болгарскому искусству национальный характер. Среди основателей был Николай Райнов, которого болгарская публика знала прежде всего как писателя, автора сказок и символистской прозы, и как теософа.
Около 1910 года он учился декоративному искусству в софийском Художественно-промышленном училище, как с 1909 года называлось Рисовальное, у Харалампия Тачева и Стефана Баджова и стал одним из первых в Болгарии художников-декораторов с образованием. Орнамент, говорил он, для изобразительного искусства то же, что язык для литературы. В 1925 году вышла его книга «Орнамент и буква в славянских рукописях Народной библиотеки в Пловдиве», для которой он сам перерисовал заставки, инициалы и орнаменты из средневековых рукописей.
«Декоративный пейзаж» написан в те же 1920-е годы, темперой и тушью на листе бумаги размером с раскрытую книгу. Декоративные пейзажи этих лет Райнов строил из плоских пятен ровного цвета и чёткой линии, а подробности природы превращал в орнамент. Здесь бурое озеро лежит среди округлых скал, обведённых чёрным контуром, облака на синем небе похожи на завитки вышивки, справа поднимается дерево из цветков, поставленных один на другой, а слева летит сказочная птица. Весь лист усыпан мелкими золотыми точками.
С 1925 по 1927 год он изучал историю искусства в Париже, а потом до 1950 года преподавал её в софийской Академии художеств.
15. Наши матери всегда одеты в чёрное — Иван Милев
Пять женщин с длинными чёрными покрывалами на головах идут друг за другом вдоль тёмного дощатого забора, все в профиль. Две несут в руках что-то круглое, миску или хлеб, одна запрокинула голову к небу, последняя согнулась и закрыла лицо рукой. Из-под чёрного проступают полосы жёлтого, лилового и коричневого. Иван Милев написал эту акварель в 1926 году, и галерея даёт ей второе название, «Задушница», так в Болгарии называют дни поминовения умерших, когда еду несут на кладбище. У Милева есть и отдельная работа под названием «Задушница», это другая картина.
Написана акварель после трёх войн, двух Балканских и Первой мировой, и на последней Милев воевал сам. В 1916 году девятнадцатилетнего уроженца Казанлыка мобилизовали и отправили художником в штаб воздухоплавательной части, а в 1917 году он был солдатом на румынском фронте.
С 1920 по 1925 год он учился в софийской Академии художеств на декоративном отделении у Стефана Баджова, у которого прежде учился и Райнов, и оформлял спектакли в Национальном театре. В декабре 1926 года он заболел и 25 января 1927 года умер, не дожив нескольких недель до тридцати. За три года до смерти, в 1923 году, Милев записал в дневнике вопрос «Есть ли в Болгарии искусство?», обращённый к обществу «Родно изкуство», а весной 1926 года сам в него вступил.
От несебрской иконы, мастера которой не оставили имён, до акварели Милева прошло больше шестисот лет, а путь от иконописной мастерской до собственной школы занял из них меньше века. Свой вопрос Милев записал студентом софийской Академии художеств, в которую к тому времени выросло Рисовальное училище Мрквички. Ответа в дневнике нет. Его можно собрать в залах галереи, от автопортрета иконописца, который написал и подписал собственное лицо, до работ тех, кто учился уже дома.
Что ещё посмотреть
Мы шли по одной линии, от иконы к собственной школе, и многие сильные картины галереи в список не попали. Больше всего в собрании работ Владимира Димитрова-Майстора, и второй визит стоит начать с него. У Николая Павловича в галерее есть ещё «Объединение Северной и Южной Болгарии» 1886 года, а в графическом архиве Захария Зографа хранятся его рисунки и собранные им западноевропейские гравюры. В иностранный отдел, созданный в 1985 году, поступили японские гравюры, индийские миниатюры и азиатская скульптура, а из европейской живописи там есть «Пейзаж в Оверни» Сезанна и «Смерть Лары» Делакруа.
