В 1824 году парламент купил для новой Национальной галереи 38 картин из собрания лондонского финансиста Джона Джулиуса Ангерстайна, и галерея открылась в его доме на Пэлл-Мэлл. Королевская коллекция в неё не вошла. Дальше новую галерею собирали по частям: картины покупали на аукционах, получали по завещаниям, собирали на них деньги по подписке, просили особые гранты у парламента и иногда спорили о покупке годами.
По этим 25 работам видно, какими разными путями складывалась коллекция: от первой государственной покупки до частных даров, аукционов, завещаний, публичных подписок и современных фондов. Начнём с алтарного образа, который в описи галереи значится под номером 1, и закончим автопортретом, который в 2019 году возили в библиотеку, школу, врачебную приёмную и женскую тюрьму.
С чего начиналась галерея, 1824–1856
Первые тридцать лет у галереи вообще не было директора. Коллекцию пополняли дарами, завещаниями и отдельными покупками, которые решали попечители.
1. «Воскрешение Лазаря» — Себастьяно дель Пьомбо, 1517–1519
Кардинал Джулио Медичи, будущий папа Климент VII, по всей видимости в конце 1516 года заказал два алтарных образа одного размера для собора в Нарбонне, своей епархии на юге Франции. «Преображение» он поручил Рафаэлю, а «Воскрешение Лазаря» венецианцу Себастьяно Лучани, другу Микеланджело. Микеланджело поддерживал Себастьяно в его соперничестве с Рафаэлем и дал ему рисунки для фигуры Лазаря и, вероятно, Христа. Себастьяно нарочно тянул с окончанием, чтобы Рафаэль не увидел его доску раньше, чем закончит свою.
Лазарь сидит справа внизу на краю гробницы. Голова у него ещё обмотана погребальным полотном, одной рукой он срывает пелену с груди, а человек у самого края картины разматывает белые повязки на его ноге. Тело у Лазаря тяжёлое, мускулистое, серо-коричневое, и написано оно иначе, чем остальные фигуры. Христос стоит левее центра и через всю картину протягивает руку, указывая пальцем на Лазаря. У ног Христа стоит на коленях Мария, сестра Лазаря, а за ней, выставив обе ладони, отшатывается женщина в красном плаще, по-видимому Марфа, которая, по Евангелию от Иоанна, предупреждала, что тело уже смердит. Небо в тёмных полосах кажется почти ночным, хотя руины и арки слева освещены предвечерним солнцем. Себастьяно задумывал густую синеву, однако крупно тёртый азурит со временем потемнел в масле.
В апреле 1520 года, через неделю с небольшим после смерти Рафаэля, обе картины выставили рядом в Ватикане, и Себастьяно написал Микеланджело, что ему «не было стыдно». Инфракрасная съёмка 2017 года показала, что композицию он построил сам, а Микеланджело вмешался поздно и переделал в рисунках уже написанного на доске Лазаря. «Преображение» осталось в Риме, в Нарбонну отправили одного «Лазаря».
В 1722 году регент Франции Филипп Орлеанский купил картину у собора. Нижняя часть первоначальной рамы, пределла с эмблемой Медичи, уцелела в Нарбонне, и в 2017 году галерея вставила её резную копию в новую раму «Лазаря». В Пале-Рояле живопись перенесли с доски на холст, в 1793 году итальянские картины Орлеанского собрания привезли на продажу в Лондон, и в 1798 году Ангерстайн отдал за «Лазаря» 3500 гиней, больше, чем за многих Тицианов и Рафаэлей из того же собрания. В 1824 году вместе с остальными его картинами «Лазарь» перешёл к государству и получил номер NG1.
2. «Ужин в Эммаусе» — Караваджо, 1601
Корзина с фруктами стоит на самом краю стола и нависает над ним так, будто вот-вот упадёт. В ней тёмный и светлый виноград, треснувший гранат, яблоки, груши и фиги, а на белую скатерть от неё ложится резкая тень, в которой видят очертания рыбы, символа Христа. Двое учеников по дороге в Эммаус позвали незнакомца ужинать и узнали в нём воскресшего Христа, когда он благословил хлеб. Караваджо написал Христа молодым и безбородым. Ученик слева, в зелёной куртке с рваной дырой на локте, вцепился в подлокотники и привстаёт со стула, ученик справа, с ракушкой паломника на груди, раскинул руки, а трактирщик стоит рядом, заложив большие пальцы за пояс, и смотрит спокойно.
Картину заказал римский аристократ Чириако Маттеи, в доме которого тогда жил Караваджо. Биограф художников Джованни Пьетро Беллори в 1672 году упрекал его в нарушении приличий: трактирщик прислуживает Христу в шапке, а виноград, фиги и гранаты в пасхальную пору не созревают. Из собрания Боргезе картина в 1801 году попала в Англию, и в 1839 году лорд Вернон подарил её галерее. В 1606 году, бежав из Рима после убийства, Караваджо написал ту же сцену ещё раз. Та картина хранится в миланской Брере, она тише и темнее, Христос на ней старше и с бородой, а стол накрыт скромно.
3. «Портрет четы Арнольфини» — Ян ван Эйк, 1434
В центре задней стены висит круглое выпуклое зеркало в раме с десятью крошечными медальонами. В нём отражена вся комната с обратной стороны, спины супругов и в дверях две маленькие фигуры, одна в синем, другая в красном. Над зеркалом на стене вычурным почерком выведено «Johannes de eyck fuit hic 1434», то есть «Ян ван Эйк был здесь». В латунной люстре горит одна свеча, остальные подсвечники пусты. Две пары обуви стоят в разных концах комнаты, светлые деревянные башмаки на ремешках слева внизу и красные туфли в глубине, под скамьёй. Женщина прижимает к животу подобранный подол зелёного платья, и её давно принимают за беременную, хотя точно так же стоит у ван Эйка дева-мученица святая Екатерина на дрезденском триптихе.
В 1934 году Эрвин Панофский назвал супругов Джованни ди Арриго Арнольфини и Жанной Ченами и увидел в картине свидетельство о браке. Позже нашлись бургундские документы, по которым эта пара поженилась только в 1447 году, через шесть лет после смерти ван Эйка. Теперь мужчину считают Джованни ди Николао Арнольфини, а женщину, вероятно, его второй женой, о которой документов не сохранилось. Саму фамилию восстановили по описи 1516 года, где доска записана как «Эрнуль ле Фен с женой в комнате».
Доска оказалась у шотландского офицера Джеймса Хея. В 1816 году он через портретиста Томаса Лоуренса предложил её принцу-регенту, и тот, продержав её полтора года, вернул. Рассказ Хея о том, откуда она у него, вызывает сомнения: он говорил, что купил её в Брюсселе, где лечился после ранения при Ватерлоо. Чаще предполагают, что её взяли в 1813 году при Витории, где британские солдаты разграбили обоз Жозефа Бонапарта с картинами испанского королевского собрания. В 1842 году галерея купила её у Хея за 600 гиней, и она стала первой ранней нидерландской картиной в собрании.
4. «Автопортрет в возрасте 63 лет» — Рембрандт, 1669
Рембрандт написал этот автопортрет в последний год жизни, через несколько месяцев после смерти сына Титуса. Он стоит вполоборота и смотрит на зрителя через плечо, тёмно-красный кафтан уходит в тень, и свет падает почти только на лицо и белую полосу на шапке. Краска на лице лежит густо и комками, а мешок под правым глазом выведен одним завитком нагруженной кисти. Левый край холста когда-то срезали, и от подписи в левом нижнем углу уцелела одна буква t.
Рентген показал две переделки. Шапка сначала была больше и целиком белой, настоящей шапкой живописца, а руки держали кисть, и на портрете был художник за работой. Потом Рембрандт уменьшил шапку, записал кисть и сложил руки. Когда кисть исчезла, в картине не осталось прямого указания на профессию Рембрандта, и теперь почти всё внимание забирает лицо. Больше века картина висела в суррейском поместье виконтов Мидлтонов, и в 1851 году галерея купила её на распродаже их собрания.
5. «Последний рейс корабля „Отважный“» — Уильям Тёрнер, 1839
В августе 1838 года Адмиралтейство продало старый линейный корабль «Темерер», то есть «Отважный», с торгов судовому разборщику Джону Битсону за 5530 фунтов. При Трафальгаре в 1805 году «Темерер» пришёл на помощь флагману Нельсона «Виктори», а с 1820 года стоял у Ширнесса как плавучий склад провианта. В сентябре два буксира отвели его вверх по Темзе к верфи Битсона в Ротерхите.
Тёрнер написал один буксир вместо двух и вернул кораблю мачты, которые к тому времени, скорее всего, уже сняли. «Темерер» у него бледный, почти призрачный, а буксир перед ним низкий и чёрный, из высокой трубы летят дым и искры. Единственный флаг на картине, маленький белый, поднят на буксире, а в Королевской академии в 1839 году картину выставили со строками поэта Томаса Кэмпбелла о флаге, который больше не принадлежит кораблю. Справа солнце садится в воду, в левом верхнем углу висит тонкий серп луны. Корабль, идущий вверх по реке к Ротерхиту, двигался на запад, и закат должен был быть у него впереди, а буксиры пришли к верфи около часа дня.
Неизвестно даже, был ли Тёрнер тогда в Англии: в августе и сентябре он обычно ездил по континенту, а рассказ о том, как он делал наброски с лодки, появился позже. Картину он так и не продал и около 1845 года отказался снова её одолжить, назвав «моей любимицей». Законченные картины Тёрнер завещал нации с условием показывать их вместе. После его смерти в 1851 году родственники оспорили завещание, и только в 1856 году Канцлерский суд утвердил соглашение, по которому деньги достались родне, а все работы его руки, почти 300 картин маслом и около 30 000 листов, перешли государству.
Истлейк начинает покупать по Европе, 1857–1861
Первым директором галереи стал художник Чарлз Истлейк. Вместо того чтобы ждать даров, он стал ездить по Италии и покупать картины одну за другой, а разъездной агент галереи Отто Мюндлер искал их для него заранее.
6. «Семейство Дария перед Александром» — Паоло Веронезе, 1565–1567
Лорд Элко назвал эту картину в палате общин «второсортным образцом второсортного художника» летом 1857 года, ещё до того, как её привезли в Лондон. Истлейк купил её той весной в Венеции у графа Витторе Пизани, заплатив около 12 280 фунтов. Элко обвинял Мюндлера в том, что тот взвинчивает цены, а другой депутат уверял, что галерее продали копию. Критик Джон Рёскин вступился за покупку в The Times, а в январе 1858 года посмотреть на картину специально приехала королева Виктория.
Сюжет взят из жизни Александра Македонского. После битвы при Иссе мать, жена и дочери персидского царя Дария попали в плен, и мать, приняв за царя его друга Гефестиона, опустилась перед ним на колени. Александр простил ей ошибку и сказал, что Гефестион тоже Александр. Семья стоит на коленях левее центра, мать ближе всех к нам, спиной, в огромном тёмном плаще с широким горностаевым воротником. Справа в центре молодой человек в розово-красном одной рукой успокаивает женщин, а другой показывает назад, на своих спутников. Чаще всего Александром считают его, а Гефестионом человека в тёмных латах и оранжевом плаще. Над головами принцесс на выступе слева сидит на цепи обезьяна.
В 1786 году картину в венецианском палаццо Пизани видел Гёте, и ему рассказали семейное предание, которое он счёл милым и неправдоподобным. Будто бы Веронезе, пережидая непогоду в доме Пизани, тайком написал эту картину, свернул её, спрятал под кроватью и оставил хозяевам в уплату за гостеприимство.
В 1858 году Элко и его сторонники провели через палату решение упразднить должность разъездного агента, и Мюндлер лишился места.
7. «Битва при Сан-Романо» — Паоло Уччелло, около 1438–1440
Три большие доски с битвой при Сан-Романо, где в 1432 году флорентийцы бились с сиенцами, висели в доме флорентийца Лионардо Бартолини Салимбени. После его смерти Лоренцо Медичи получил их: часть законно уступил один из наследников, а долю его брата Дамиано около 1484 года вынесли из дома против воли владельца. Доски висели высоко и сверху были закруглены. Для дворца Медичи верх срезали, а углы надставили, чтобы три картины висели в ряд. Теперь они разделены между Лондоном, Уффици и Лувром.
В центре лондонской доски флорентийский кондотьер Никколо да Толентино на вздыбленном белом коне ведёт атаку с поднятым жезлом, без шлема, в огромной красной шапке с золотым узором. На розовой земле под копытами обломки копий уложены ровной сеткой, уходящей в глубину, и только павший рыцарь в левом нижнем углу, лежащий лицом вниз, сокращён в обратную сторону. Цвета Уччелло сильно изменились: сбруя была ярко-киноварной и потемнела до сине-серой, доспехи покрыты настоящим серебром, которое стало буро-серым, а зелёная изгородь с розами почти почернела. Тёмная листва в верхних углах написана на тех самых надставках.
Лондонскую доску Истлейк купил в 1857 году у флорентийских торговцев. К 1598 году о битве во Флоренции забыли, и опись называла три доски «тремя большими картинами со старинными турнирами».
8. «Аллегория с Венерой и Амуром» — Аньоло Бронзино, около 1545
Венера стоит на коленях посреди картины, повернувшись к зрителю, и через плечо целует Амура, который у Бронзино уже подросток. Он стоит на коленях на розовой подушке спиной к нам, одной рукой держит её грудь, а другой тянется к её короне.
Когда Истлейк купил картину в Париже в 1860 году, две детали на ней почти сразу закрасили. Реставратор Раффаэле Пинти, по всей видимости по указанию Истлейка, записал язык Венеры, видный между губами, и сосок, зажатый между пальцами Амура. В таком виде картина провисела в галерее почти сто лет, и запись сняли только при расчистке 1958 года.
Венера тем временем вынимает стрелу из колчана Амура, а в другой руке держит золотое яблоко. Справа смеющийся мальчик замахнулся горстью роз, за ним девушка в зелёном протягивает соты, и из-под её платья видны чешуйчатое тело, львиная лапа и змеиный хвост. Лысый бородатый старик Время с песочными часами на спине раскинул руку по всему верху картины. Слева в тени кричит, схватившись за голову, серо-зелёная фигура. Её долго называли Ревностью, а в 1986 году в ней увидели признаки сифилиса.
По словам Вазари, Бронзино написал обнажённую Венеру с целующим её Амуром, и картину отправили в подарок французскому королю Франциску I. Вероятно, речь именно об этой картине, и послал её флорентийский герцог Козимо I Медичи.
9. «Крещение Христа» — Пьеро делла Франческа, 1440-е
Истлейк увидел эту доску в 1858 году в ризнице собора в Сансеполькро, родном городе Пьеро, решил, что она «почти погублена солнцем и сыростью», и покупать не стал. В 1859 году капитул продал доску, и она оказалась в собрании железнодорожного финансиста Мэтью Узьелли. После его смерти, в 1861 году, Истлейк купил «Крещение» на распродаже для себя и через пару дней решил отдать его галерее.
Христос стоит точно посередине, лицом к нам, опустив глаза и сложив ладони. Справа Иоанн Креститель в профиль поднял неглубокую чашу, и тонкая струйка воды падает Христу на макушку. Прямо над чашей парит белый голубь, раскинув крылья плашмя, и по форме он похож на плоские облака в небе. Ствол дерева слева от Христа гладкий и светлый, того же бледного тона, что и тело Христа. За деревом стоят три ангела, двое держатся за руки. Справа молодой человек, нагнувшись, стягивает через голову рубашку, а за ним в неподвижной воде вверх ногами отражаются красные, синие и охристые одежды мужчин на берегу. Река подходит к самым ногам Христа и останавливается, а он и Иоанн стоят на сухой бурой полосе земли.
Аукционы и частные собрания, 1874–1890
После Истлейка галерея всё чаще покупала на аукционах и у наследников старых собраний, которые распродавали картины. Иногда к казённым деньгам доплачивали частные меценаты.
10. «Венера и Марс» — Сандро Боттичелли, около 1485
Марс спит так крепко, что сатир дует ему в ухо из раковины. Он лежит голый, в одной белой повязке на бёдрах, запрокинув голову, а Венера напротив него не спит, она одета в белое платье с золотой каймой и спокойно на него смотрит. Другой сатир засунул голову целиком в его шлем, третий залез в пустой панцирь в правом нижнем углу и скалится на зрителя. В дупле дерева у головы Марса, в правом верхнем углу, осиное гнездо, и осы вьются у его лица.
Сатиров с оружием Боттичелли, возможно, взял у греческого писателя Лукиана, который описал утраченную античную картину: маленькие амуры играли там с копьём и панцирем Александра Македонского. Такие вытянутые доски вставляли в стенную обшивку спальни и, скорее всего, делали к свадьбе. Историк Эрнст Гомбрих предположил, что осы намекают на заказчиков, флорентийское семейство Веспуччи, потому что по-итальянски оса называется vespa, и гнездо написано там, где на свадебных досках обычно помещали герб.
В 1874 году галерея купила картину на аукционе Christie's, где распродавали собрание коллекционера Александра Баркера.
11. «Мадонна в скалах» — Леонардо да Винчи, около 1491–1508
Договор на эту картину миланское Братство Непорочного зачатия заключило в 1483 году с Леонардо и братьями Амброджо и Эванджелистой де Предис. Для капеллы братства в церкви Сан-Франческо Гранде уже стоял резной золочёный алтарь, и в него нужно было вставить три доски, в центр Мадонну, по сторонам ангелов-музыкантов. Первую Мадонну Леонардо закончил к середине 1480-х, это нынешняя луврская «Мадонна в скалах». Затем художники и братство поссорились из-за денег, и, по версии Национальной галереи, около 1491 года первую картину продали неизвестному покупателю, а для капеллы начали вторую, лондонскую. С 1501 по 1506 год Леонардо жил во Флоренции, в 1506-м доску признали незаконченной, и последнюю плату он получил в 1508 году.
Ангел справа в луврской картине указывает пальцем на маленького Иоанна и смотрит на зрителя, а в лондонской он опустил глаза и только придерживает младенца Христа за спину. Над головами здесь появились тонкие золотые нимбы, а у Иоанна тонкий золотой крест на длинном древке. В 2004 году инфракрасная съёмка нашла под этой композицией брошенный первый замысел, где Мадонна стояла на коленях в позе поклонения, и в 2019 году новые снимки показали его подробнее.
Братство упразднили при императоре Иосифе II, в конце XVIII века шотландский художник и торговец Гэвин Гамильтон купил картину и увёз в Англию, а в 1880 году галерея купила её у графа Саффолка. Доски с ангелами из того же алтаря она купила отдельно, в Милане, в 1898 году. В те годы, когда Леонардо заканчивал эту доску, он работал и над большим картоном со святой Анной, который тоже теперь принадлежит Национальной галерее.
Доска закончена неровно: синее небо в просветах скал справа вверху положено грубо, в последний заход, и краска обрывается по дуге верхнего края, так что доска, судя по всему, уже стояла в раме. На синем плаще Мадонны у ноги Иоанна осталось коричневое пятно, переделка, которую Леонардо так и не довёл до конца.
12. «Телега для сена» — Джон Констебл, 1821
Название «Телега для сена» придумал друг Констебла Джон Фишер, который в 1821 году спросил в письме, как поживает «телега для сена». В Королевской академии картина висела как «Пейзаж. Полдень» и покупателя не нашла. В 1824 году Констебл отдал её торговцу Джону Эрроусмиту вместе с двумя другими картинами за 250 фунтов, Эрроусмит увёз их в Париж, и на Салоне «Телега для сена» получила золотую медаль от Карла X.
Слева стоит дом фермера Вилли Лотта с розовой черепичной крышей, и у воды возле него нагнулась крошечная женщина с кувшином. Посреди мелкого мельничного пруда пустая телега на двух больших колёсах, наполовину ушедших в воду, её тянут три тёмных коня, и красная бахрома на их хомутах почти единственное красное в картине. На ближнем берегу белый пёс с бурыми пятнами смотрит на телегу. Листву и блики на воде Констебл тронул белыми мазками, и критики прозвали их «снегом Констебла».
Во Франции картина переходила от владельца к владельцу около 14 лет, потом вернулась в Англию и в 1866 году досталась Генри Воану, наследнику состояния шляпных фабрикантов. В 1886 году Воан подарил её галерее.
13. «Послы» — Ганс Гольбейн Младший, 1533
Галерея купила эту доску в 1890 году, не зная, кого на ней изобразил Гольбейн. В двух мужчинах видели английских придворных и даже двух пфальцграфов, пока в 1895 году исследовательница Мэри Херви не нашла документ XVII века, где оба названы по именам. Слева стоит Жан де Дентвиль, французский посол в Лондоне, справа Жорж де Сельв, епископ Лавора, который весной 1533 года приезжал к нему в гости.
Это был год разрыва Генриха VIII с Римом и коронации Анны Болейн. На нижней полке между послами лежат лютня с лопнувшей струной и сборник немецких гимнов, раскрытый на двух гимнах Лютера, и в них видят намёк на раздор в христианском мире. На верхней полке расставлены небесный глобус, солнечные часы и другие инструменты для наблюдения за небом и временем, и многие из них выставлены так, что верного времени показать не могут.
Внизу поперёк пола тянется длинное серо-белое пятно. Если смотреть прямо, оно похоже на вытянутую кость, а сбоку справа, вплотную к поверхности, превращается в череп. Нынешнюю раму в 1996 году сделали с нарочно неглубоким профилем, чтобы сбоку было удобно встать. В левом верхнем углу, почти скрытое складкой зелёного занавеса, висит маленькое серебряное распятие.
Граф Раднор продал доску вместе с двумя другими картинами за 55 000 фунтов. Почти половину суммы дало правительство, остальное внесли трое частных дарителей.
Когда обычного бюджета не хватало, 1906–1929
К началу XX века цены на старых мастеров выросли, и галерее всё чаще приходилось конкурировать с очень состоятельными американскими коллекционерами. Крупные покупки теперь требовали подписки, особого гранта казначейства или частного фонда.
14. «Венера с зеркалом» — Диего Веласкес, около 1647–1651
10 марта 1914 года суфражистка Мэри Ричардсон разбила стекло перед этой картиной и несколько раз ударила по холсту маленьким топориком, который прятала под жакетом. Накануне в Глазго арестовали руководительницу суфражисток Эммелин Панкхёрст, и Ричардсон заявила, что пыталась уничтожить изображение «самой прекрасной женщины в мифологической истории» в знак протеста против правительства, которое уничтожает миссис Панкхёрст. The Times насчитала шесть или семь порезов, самый тяжёлый пришёлся на шею и плечи.
Венера лежит спиной к нам на тёмном серо-синем атласе, голова справа, ступни у левого края, и всё тело от плеча до пятки идёт одной непрерывной линией. Амур на коленях держит перед ней зеркало в чёрной раме, с которой свисают розовые ленты. Лицо в зеркале размыто и обращено к зрителю, хотя при такой позе зеркало отразило бы совсем другое. Это единственная сохранившаяся картина Веласкеса с обнажённой женщиной.
Картина прошла через испанские собрания, в 1813 году попала в Англию и висела в йоркширском поместье Рокби-парк, отсюда её английское прозвище «Рокби Венера». В 1905 году наследник продал её фирме Агню, чтобы заплатить налог на наследство. Агню выставил картину на Бонд-стрит, газеты начали кампанию за «нашу национальную Венеру», а Национальный фонд художественных коллекций, основанный двумя годами раньше, открыл подписку, собрал 45 000 фунтов и в 1906 году подарил картину галерее.
В ноябре 2023 года двое активистов Just Stop Oil ударили по стеклу молотками и объяснили, что повторяют поступок 1914 года. Осколки слегка повредили красочный слой, и через несколько недель картину снова повесили.
15. «Портрет Кристины Датской, герцогини Миланской» — Ганс Гольбейн Младший, 1538
Кристине Датской было 16 лет, когда 12 марта 1538 года она три часа позировала Гольбейну в Брюсселе. Дочь свергнутого датского короля и племянница императора Карла V, она в 13 лет овдовела после смерти миланского герцога и всё ещё носила траур. Генрих VIII, у которого незадолго до того умерла жена Джейн Сеймур, искал четвёртую и отправил своего придворного художника написать одну из возможных невест. Привезённый этюд «необычайно понравился королю».
Кристина стоит во весь рост и в натуральную величину, и у Гольбейна это единственный уцелевший женский портрет такого формата. За ней голая сине-зелёная стена, и тень от фигуры ложится на неё слева. На Кристине чёрное атласное платье с огромными рукавами, подбитое бурым мехом, и тесный чёрный чепец, закрывающий волосы. Светлые на всей доске только лицо и руки. Руки сложены у пояса и держат кожаные перчатки, на безымянном пальце левой руки перстень с красным камнем, а на губах лёгкая улыбка.
Брак не состоялся, однако Генрих оставил портрет себе. Позже портрет перешёл к герцогам Норфолк, а в 1909 году 15-й герцог продал его фирме Колнаги, и Колнаги предложили картину американскому коллекционеру Генри Клею Фрику, оставив галерее право купить её за ту же цену до 1 июня. Казначейство пообещало грант, Национальный фонд художественных коллекций открыл подписку, деньги давали Джон Сингер Сарджент, Бернард Шоу и король Эдуард VII, и всё же к концу мая денег не хватало. В последний момент недостающую сумму внесла женщина, потребовавшая сохранить своё имя в тайне. Она написала с немецкого курорта, деньги пришли 1 июня, в последний день, и директор галереи Чарлз Холройд, по рассказам, закрыл лицо руками и расплакался. Генри Джеймс, следивший за сбором денег, потом сделал эту историю сюжетом пьесы, а затем романа.
16. «Расстрел императора Максимилиана» — Эдуар Мане, около 1867–1868
На большом голом холсте цвета овсянки наклеены четыре написанных маслом фрагмента, и примерно треть поверхности занимает пустая ткань. В центре со спины стоят солдаты расстрельной команды в чёрных мундирах, белых ремнях и белых гетрах и целятся влево, подняв винтовки к плечу. Слева вверху отдельный кусок с головой генерала Мирамона, под ним узкая полоска с белой рубашкой в пороховом дыму и двумя сцепленными руками. Одна из них, по-видимому, левая рука Максимилиана, который держит руку Мирамона, и от самого императора на холсте уцелела только она. Справа отдельно стоит сержант в красном кепи и, опустив голову, спокойно взводит курок для последнего выстрела. Там, где стоял третий приговорённый, генерал Мехия, осталась голая ткань.
Австрийского эрцгерцога Максимилиана Наполеон III посадил на мексиканский трон, и в 1867 году его расстреляли в Керетаро вместе с двумя генералами. Мане, возмущённый казнью, написал её в четырёх вариантах, лондонский холст стал вторым, и около 1868 года художник его бросил. После смерти Мане сын его вдовы Леон Леенхофф разрезал холст на куски и продавал их по отдельности. По рассказу торговца Амбруаза Воллара, который проверить невозможно, голову Максимилиана Леенхофф пустил на растопку.
Эдгар Дега скупил фрагменты и наклеил их на один холст размером с первоначальный, оставив пустыми места утраченных кусков. Дега умер в 1917 году, и в марте 1918 года его собрание продавали в Париже, по которому в те дни била дальнобойная германская пушка. Экономист Джон Мейнард Кейнс, служивший в казначействе, предложил выделить галерее особый грант на эти торги, и директор галереи Чарлз Холмс поехал за картинами в обстреливаемый Париж.
В галерее куски сначала отделили от холста Дега и вешали как отдельные картины, и только в конце XX века их снова собрали вместе в том порядке, в каком их расположил Дега.
17. «Подсолнухи» — Винсент Ван Гог, 1888
В письме брату Тео из Арля в августе 1888 года Ван Гог рассказывает о своей четвёртой картине с подсолнухами, «букете из 14 цветов на жёлтом фоне». На холсте их 15. Маленький увядший цветок на длинном изогнутом стебле, свесившийся слева внизу почти до стола, он, по-видимому, дописал позже.
Жёлтая глиняная ваза стоит посередине на жёлтом столе перед жёлтой стеной, и эту желтизну перебивают только зелёные стебли, оранжево-красные сердцевины и синие линии, одна по краю стола и две на вазе. На верхней половине вазы синим написано «Vincent». У одних цветов ещё торчат лепестки, у других лепестки облетели и осталась выпуклая корзинка, вылепленная толстыми мазками, третьи повернулись к нам спиной или свесились. Фон написан короткими перекрёстными мазками, похожими на плетение.
Ван Гог готовил мастерскую к приезду Поля Гогена и повесил эту картину в его спальне. В январе 1889 года, после их ссоры и после больницы, Гоген попросил её себе, и Винсент написал Тео: «Эти подсолнухи я решительно оставляю себе. Два у него уже есть, пусть с него хватит». Вместо неё он сделал повторение, которое теперь находится в Амстердаме.
Больше 30 лет картина висела в доме вдовы Тео, Йоханны ван Гог-Бонгер. В 1924 году её через лондонского торговца купили попечители фонда, который промышленник Сэмюэл Курто учредил для покупки современной иностранной живописи.
18. «Купальщики в Аньере» — Жорж Сёра, 1884
Жюри Салона весной 1884 года отвергло первую большую картину 24-летнего Жоржа Сёра. Сёра задумал «Купальщиков» как большое академическое полотно с фигурами почти в натуральную величину и писал их в мастерской по этюдам, сделанным на Сене. После отказа он показал картину на первой выставке Группы независимых художников, которая обходилась без жюри, и там познакомился с Полем Синьяком.
В центре на краю берега сидит юноша в розово-красных купальных трусах, опустив ноги в воду и голову. За ним на траве лежит его одежда, белая рубашка, соломенная шляпа и коричневые ботинки, поставленные стоймя. В левом нижнем углу лежит на боку, спиной к нам, мужчина в котелке, рядом с ним рыжая собака. Все семеро мужчин на картине видны в профиль или со спины, а на другом берегу стоят фабрики Клиши, и из одной трубы тянется тёмный дым.
Около 1887 года Сёра вернулся к картине и добавил мелкие цветные точки, в основном на купальщиках и вокруг них. Мальчик в воде справа, сложив ладони у рта, кричит через реку, и тень на его оранжевой шапке Сёра проложил синими и жёлтыми точками. Часть точек, написанных цинковой жёлтой, потемнела до зеленовато-бурого цвета, и Синьяк заметил это уже в 1887 году.
После смерти Сёра картина оставалась у семьи, около 1900 года её купил критик Феликс Фенеон, защищавший Сёра с самого начала, а в 1924 году её купили у лондонского торговца те же попечители фонда Курто.
19. «Уилтонский диптих» — неизвестный художник, Англия или Франция, около 1395–1399
Король Ричард II стоит на коленях в красно-золотом одеянии, затканном маленькими белыми оленями, и держит раскрытые ладони так, будто сейчас что-то примет. За ним стоят три святых, Эдмунд со стрелой, Эдуард Исповедник с перстнем и Иоанн Креститель с ягнёнком на руке, и Иоанн положил ладонь королю на плечо. На правой створке, куда он смотрит, стоит Мадонна в густо-синем, и младенец Христос тянется к Ричарду. Вокруг неё теснятся одиннадцать ангелов в той же синеве, с венками из роз и маленькими белыми оленями на груди, а их поднятые крылья сходятся над головами, как ограда из перьев. Золотой фон выбит мелким повторяющимся узором, особенно отчётливым на правой створке.
Две створки на петлях складывались, и снаружи на одной из них лежит белый олень, знак Ричарда, с золотой короной на шее и цепью. Автор неизвестен, спорят и о дате, и о том, почему Ричард, которому в 1395–1399 годах было около 30 лет, выглядит на диптихе юношей. Впервые диптих упоминается в описи собрания Карла I, а потом больше двухсот лет хранился у графов Пембрук в Уилтон-хаусе, откуда и название. В 1929 году галерея купила его за 90 000 фунтов: половину дало правительство, остальное собрали несколько крупных дарителей и фонд.
При расчистке 1991–1992 годов на верхушке древка знамени, которое держит один из ангелов, нашли шарик меньше ногтя. На нём написаны остров с деревьями и белым замком, лодка и море, и в нём видят Англию, отданную Богоматери.
От картины месяца до лотерейных денег, 1942–1997
Во время войны собрание увезли из Лондона, а после неё крупные покупки всё чаще складывались из казённых грантов, частных фондов и, к концу века, лотерейных денег.
20. «Не прикасайся ко мне» — Тициан, около 1514
В войну картины Национальной галереи хранились в сланцевой каменоломне в Северном Уэльсе, а в пустом здании шли концерты. В 1942 году лондонцы попросили вернуть хотя бы одну картину, и директор Кеннет Кларк спросил публику, что она хочет увидеть. Чаще всего просили этого Тициана, и в марте 1942 года «Не прикасайся ко мне» стала первой «картиной месяца».
Тициан поставил две фигуры в нижней половине холста, на склоне холма ранним утром. Христос почти обнажён, в прозрачной белой повязке и с саваном на плече. Правой рукой он отводит саван от Марии Магдалины и отклоняется от неё бёдрами, но головой и плечами склоняется над ней. В левой руке у него мотыга, потому что Мария сначала приняла его за садовника. Она стоит на коленях в тёмно-малиновом платье и тянется к нему, а другой рукой держится за сосуд с благовониями. На рентгенограмме видно, что сначала Христос был в садовничьей шляпе и отворачивался от Марии.
В галерею картина пришла в 1856 году по завещанию поэта и банкира Сэмюэла Роджерса, который называл её жемчужиной своего собрания.
21. «Портрет герцога Веллингтона» — Франсиско Гойя, 1812–1814
Гойя писал Веллингтона в августе 1812 года, вскоре после того как тот, победив при Саламанке, вошёл в Мадрид. Лицо на портрете усталое, щёки красные, глаза широко открыты и немного остекленели. Грудь тесно увешана орденами, и они написаны гуще и беспорядочнее, чем лицо, потому что Гойя почти два года дописывал награды по мере того, как Веллингтон их получал. Военный золотой крест с пряжками учредили только в октябре 1813 года, а на портрете он есть.
В 1961 году портрет продавали на Sotheby's, и он мог уехать в Америку, поэтому галерея выкупила его с помощью Фонда Вулфсона и особого гранта казначейства. Пенсионера Кемптона Бантона возмутило, что правительство добавило казённые деньги, и в августе того же года, вскоре после того как портрет выставили, его украли из галереи. В анонимных письмах похититель обещал вернуть картину, если заплаченную за неё сумму отдадут на телевизионные лицензии для бедных пенсионеров, а его самого помилуют. Галерея на это не пошла, и четыре года портрет пролежал в глубине платяного шкафа Бантона.
В 1965 году свёрток сдали в камеру хранения вокзала в Бирмингеме, квитанцию прислали газете, и полиция забрала портрет целым, но без рамы. Бантон сам пришёл в полицию, суд оправдал его в краже картины, потому что он не собирался оставить её себе, и признал виновным в краже рамы, которую так и не вернули. Он получил три месяца. В 1969 году его сын Джон, арестованный по другому делу, признался, что из галереи портрет вынес он.
22. «Мадонна с Младенцем, святой Анной и Иоанном Крестителем» (Бёрлингтонский картон) — Леонардо да Винчи, около 1506–1508
Королевская академия художеств, которой не хватало денег на выставки и собственную школу, в 1962 году объявила, что продаст картон Леонардо с аукциона. Картон принадлежал академии с конца XVIII века и висел в её здании, Бёрлингтон-хаусе, отсюда его название. Премьер-министр попросил академию подождать, пока идёт общественный сбор. Из 800 000 фунтов больше половины собрали по подписке, остальное дало казначейство.
Это рисунок углём и белым мелом на тонированной бумаге, склеенной из восьми листов. Мария сидит боком на коленях у святой Анны, и сразу не разберёшь, где кончаются колени одной и начинаются колени другой. Младенец Христос выгибается из рук матери к маленькому Иоанну и двумя пальцами касается его подбородка. Лица и тело младенца проработаны мягкой светотенью, а поднятая рука Анны с указательным пальцем, направленным вверх, и босые ступни внизу намечены одним контуром. Возможно, Леонардо сделал этот картон как самостоятельный рисунок, чтобы предложить флорентийскому правительству алтарный образ, и заказ ему не дали.
В июле 1987 года, перед самым закрытием галереи, посетитель выстрелил в картон из обреза с нескольких шагов. Стекло остановило дробь, но разлетелось, и осколки вдавило в рисунок на груди Мадонны. Реставраторы галереи расправили лист, подняли из повреждённого места кусочки бумаги и уложили их обратно.
23. «Уистлджекет» — Джордж Стаббс, около 1762
Рыжий жеребец написан в натуральную величину на ровном бледно-золотом фоне, без всадника, седла и пейзажа. Он встал на дыбы, поджав передние ноги, тело повёрнуто в профиль вправо, а голова развёрнута к зрителю, и в тёмном глазу виден белый ободок. Светлая грива и почти белый хвост выделяются на медно-рыжей шкуре, а весь левый верхний угол холста пуст. Позже рассказывали, что живой Уистлджекет увидел законченный портрет и бросился на нарисованного коня, и сегодня эту историю считают легендой.
Уистлджекет принадлежал Чарлзу Уотсону-Уэнтуорту, второму маркизу Рокингему, одному из богатейших людей Англии. В 1759 году жеребец выиграл в Йорке скачку на 2000 гиней, а около 1762 года Рокингем заказал Стаббсу первые картины. Перед этим Стаббс полтора года препарировал лошадей в сарае в Линкольншире и зарисовывал их слой за слоем. Рокингем собирал античную скульптуру и, вероятно, сам хотел видеть лошадей без фона, как на классическом фризе.
После смерти Рокингема картину вделали в белую лепнину стены особой комнаты в его доме, и она оставалась у его наследников, графов Фицуильям. В 1997 году галерея купила её у них примерно за 11 миллионов фунтов, и это была одна из первых крупных покупок с участием лотерейного Фонда наследия.
Новые покупки, 2014–2018
Последние две покупки относятся уже к XXI веку. В 2014 году галерея приобрела первую крупную американскую картину в своём собрании, работу Джорджа Беллоуза, а четыре года спустя автопортрет Артемизии Джентилески, до того неизвестный исследователям.
24. «Люди в доках» — Джордж Беллоуз, 1912
Беллоуз написал зимний док в Бруклине. За Ист-Ривер, забитой льдинами, в дымке стоят небоскрёбы Нижнего Манхэттена, а правую половину холста занимает тёмный корпус огромного лайнера с рыжей полосой у воды. На снегу, перемешанном с грязью, стоят грузчики в тёмных пальто и кепках и ждут, кого сегодня наймут на погрузку, и почти все повернули головы влево, к чему-то за краем картины. Один, в ярко-синем свитере, стоит к нам спиной, рядом с грузчиками две белые ломовые лошади. Слева у стены склада, в тени, уходит, опустив голову, одинокий человек, которого, по-видимому, сегодня не выбрали.
Картину в 1920 году купил у самого Беллоуза женский колледж Рэндольф-Мэйкон в Вирджинии. В 2007 году колледж, нуждаясь в деньгах, объявил о продаже четырёх картин. Выпускницы добились судебного запрета, но в 2014 году «Людей в доках» всё же продали Национальной галерее на деньги американских друзей галереи и семьи Гетти. После продажи Американская ассоциация директоров художественных музеев призвала своих членов прекратить сотрудничество и обмен выставками с музеем колледжа.
25. «Автопортрет в образе святой Екатерины Александрийской» — Артемизия Джентилески, около 1615–1617
В декабре 2017 года в парижском аукционном зале Друо продавали картину, которую историки до тех пор не знали. Её оценили в сумму от 300 до 400 тысяч евро, молоток упал на 1,9 миллиона, и это стало рекордом для Артемизии. Купили её торговцы, и в 2018 году у них её приобрела Национальная галерея.
Артемизия написала себя вполоборота, она смотрит на зрителя через плечо прямо и чуть настороженно. Голова обёрнута светлой тканью, как тюрбаном, и маленькая золотая корона с жемчужинами сидит на ней немного криво. Одной рукой она опирается на сломанное деревянное колесо с железными шипами, на котором святую Екатерину должны были казнить, а другой держит у груди пальмовую ветвь мученицы. Под изображением колеса обнаружили то, что, вероятно, сначала было книгой. Возможно, Артемизия первоначально писала себя в образе сивиллы, а колесо, пальму и корону добавила позже. Во Флоренцию она переехала после римского процесса 1612 года над Агостино Тасси, который её изнасиловал, и там, по-видимому, писала святую Екатерину с себя.
Верхний край холста когда-то обрезали вместе с жемчужинами короны и кончиком пальмы. В 2018 году реставраторы подшили сверху полосу нового холста ровно такой ширины, чтобы дописать пальму и жемчужины, а нимб оставили срезанным.
В 2019 году, перед большой выставкой Артемизии, галерея повезла картину по стране. Её показывали в Женской библиотеке Глазго, в католической школе в Ньюкасле, в приёмной врачебной практики в Йоркшире и в женской тюрьме в Суррее.
В 1824 году публике показывали первые 38 картин в доме Ангерстайна на Пэлл-Мэлл. Через 195 лет галерея отправила одну из своих последних покупок по стране, в библиотеку, школу, врачебную приёмную и тюрьму. Между этими двумя эпизодами — почти двести лет покупок, даров, завещаний, публичных сборов и иногда очень долгих споров о конкретных картинах.
Что ещё посмотреть
За пределами этих двадцати пяти остаются некоторые из самых известных картин галереи. Среди них «Портрет папы Юлия II» Рафаэля, который пришёл из собрания Ангерстайна, долго считался копией и был опознан в 1970 году по инвентарному номеру собрания Боргезе. Стоит найти «Мистера и миссис Эндрюс» Томаса Гейнсборо, «Опыт с птицей в воздушном насосе» Джозефа Райта из Дерби, серию Уильяма Хогарта «Модный брак» и «Казнь леди Джейн Грей» Поля Делароша, которая в 1928 году пережила наводнение в галерее Тейт свёрнутой в рулон.
